И тут подходти ко мне смуглый мужчина, очень доброжелательный и улыбчивый, и говорит мне:
- Вы тут тоже сдаёте документы?
- Да, – отвечаю, – сдаю.
Он улыбается ещё шире:
- Вы молдаванка?!

Хороших всем выходных!

или так… но я не знаю…

мощёная улочка
морщинки камней
под ногами

кружево льда
у кромки воды
ночуют утки

дом за забором
каркает на прохожих
злая ворона

Старший птиц обалдел от такого счастья, сидел у меня весь день на плече и от наплыва чувств облизывал моё ухо. Плечо теперь расцарапанное острыми птицыными коготками, а ухо несколько припухло.

Младший птиц вошёл в подростковый возраст. И для него мир полон открытий: струйку воды нельзя схватить лапкой. На обоях можно прекрасно висеть, цепляясь коготками. Соломенные корзинки так приятно грызть! Грызёт он всё, причём с таким воодушевлением, что у меня закрадывается мысль: у Перси режутся зубки!!!

А ещё мои птицы линяют. И по всему дому летают зелёные, синие, белые и жёлтые пёрышки. Собирала их весь день. И после этого приснился сон: что у меня огромное поле. Я его распахиваю маленькими грабельками на ровные квадратики. И в каждый квадратик сажаю пёрышко. Потому, что если посадить пёрышко, то из него вырастет птичка

Проснулась и думаю: поле – это слишком хлопотно. Я лучше посажу пёрышки в вазоны и поставлю на подоконник ))))

Помню на первом курсе, в первую зимнюю сессию сдавали мы ему экзамен. Экзамен начался в три часа дня, но когда очередь дошла до меня, уже стемнело, и вдруг во всём здании погас свет. Я кое-как разглядела вопросы в билете. Подсев поближе к окошку что-то накарябала на листочке, и пошла сдаваться. Подошла и говорю: «Вы знаете, я всё написала, но прочесть уже не могу ­­– темно». Владимир Терентьевич весело на меня прищурился и сказал: «О, нестрашно! Вы наощупь!»

Рассказала, что вспомнила. Смотрю – пишет что-то в зачётке. Спрашиваю: «Сколько?» Сурово смотрит на меня: «Удовлетворительно». Вот, думаю, первая моя оценка – троечка. Настроения никакого…

В здании темно, на улице холодно. Зачётку я смогла рассмотреть только в метро. Открываю: «Отлично». Закрываю. Думаю пару секунд. Снова открываю. «Отлично»!

Наверное, улыбка у меня была, как у идиотки.

А знаете, почему я про него вспомнила?

Рассказывал он об обычаях разных народов, о традициях, понятиях дома. И вот такую историю из жизни рассказал:

В начале прошлого века, после революции, в одном из аулов Среднего Востока выбрали председателя. Председатель – большой человек. Негоже ему жить, как все. Должен он выделяться. А раз так, то построили ему дом.

Справили новоселье. Живёт. А в гости не зовёт никого. Месяц не зовёт. Другой не зовёт. Люди начали обижаться – загордился, отошёл от народа, забыл свои корни! И как-то вечером толпой вломились к нему в дом. Вышибли двери, вошли. А там… Посреди большой комнаты стоит юрта.

Не смог кочевник жить в доме. Неуютно ему там было.

Пусть вам везде, где бы вы ни были, будет уютно. С выходными вас!

Хорошего всем дня!

В первый же вечер паршивец Петька выпустил птичку из карантинной клетки. Мелочь была водворена обратно. И ещё через день каким-то образом (без понятия, каким!!! дверца была закрыта на защёлку, все прутья на месте, кормушки закрыты!!!) птица снова была на свободе. Придя домой с работы я застала обоих кузь о чём-то самозабвенно пищащих на кухонной качельке. Смысла закрывать птаху обратно не было.

Нам сейчас хорошо Раньше ведь как было? Мы приходили с работы домой, и соскучившийся Петька летел к нам и требовал внимания. Уже спать пора – а он всё тусуется с нами. Тихий громкий ужас. В принципе, я его понимаю: весь день дома один, от скуки и безделия дрыхнет, и тут люди приходят. Любимая стая. Конечно надо с ними потусоваться
А теперь!!! Теперь Петька тусуется с Персиком. Персик ещё малышня. И везде, как привязанный, следует за Петькой. Бедная наша зелёная птаха прибалдела от такого количества внимания и летит к нам на плечи, ища защиты и покоя )))
И – главное – птиц не нужно загонять в клетку на ночь. Они сами туда залазят. В девять вечера. Петька первый, Персик – за ним. И сразу усаживаются спать. Наобщались, бедолаги )))

Кормёжка – отдельная история. Петька никогда не лезет ногами в еду. А приютский зоомагазинный Персик – лезет. Как отучить – не знаю.
Петька обожает огурцы. Персик – яблоки. Держу в одной руке кружочек огурца, в другой – кусочек яблока. Даю каждому то, что он любит. Едят, косятся друг на друга, потихоньку пытаются урвать кусок от лакомства товарища. Шипят, кусаются. И морщаться – какая гадость ))) Такие смешные ))))

Мелочь всё грызёт. Всё. Мелок, каракатицу, клетку, верёвочки, проводки, мои пальцы, полотенца, цветы (убью заразу), шторы, книги, полки… Поливаю пальму – лезет купаться в кадку. Ходит там по пузо в воде, хлюпается довольный…

А вообще – здорово. Чем больше попугаев – тем больше радости. А радоваться я люблю больше всего на свете

тех, кто мне безразличен (есть этот мужчина – нет его – всё равно, никаких эмоций)

тех, кого я хочу (смотрю и думаю: какие бы от него были замечательные дети!!!)

тех, кем я восхищаюсь, но не хочу (просто умные мужики… и красивые… и вообще)

и тех, кем я хотела бы быть (вижу такого и думаю: если бы я не была женщиной, то хотела бы быть именно таким мужиком).

Кстати, никогда не видела женщину, на месте которой хотела бы быть