Блокнот Анёлки

Если в ней и было что-то взрослое, то это ноги. Да и те – с острыми детскими коленками. А всё остальное, как у ребёнка: тонкие ручки с тоненькими пальчиками, узкая талия, маленькая грудь, угловатые плечи, худенькая шея, по-детски большие глаза, пухлый ребячий рот, пушистые волосы кольцами на щеках, круглые ушки. Ребёнок, котёнок, ласточка. Она даже целовалась, будто ела мороженое: с удовольствием, с наслаждением, но без страсти…

Ей шёл двадцать первый год. А мне исполнилось восемнадцать. Но она казалась младше меня, во всём. И только временами сквозь ребячью оболочку проглядывала женщина. Не просто женщина – старушка. Улыбалась снисходительно, знающе: «Подрастёшь – поймёшь». В эти мгновения я её ненавидел. Целую, ласкаю, а её зрачки словно две точки. Трезвая до моего умопомрачения. И вдруг прикорнёт у меня на плече, тихо дыша носом. Малышка…

Я как-то спросил:
– У тебя кто-то был?
Улыбнулась, покачала головой:
– Нет.
– А с кем же ты научилась так целоваться? – млел я.
– Научили, – снова улыбалась она…

Я целовал её, раздевал лаская. Она позволяла мне это делать, будто в сотый раз, а не впервые. Жаркие губы и язык, прохладная кожа плеч, сосок… Она вдруг застонала, выгнулась в моих руках. Я так долго ждал этого стона, что сам чуть не вскрикнул. Не отрываясь от соска легко раздвинул ей ноги.
– Нет, не нужно! – а голос хриплый от желания.
Мой палец проник в неё. Стон.
– Иди ко мне, – приказываю я, и она подчиняется.
Долгий, сладкий, дурманящий поцелуй.
– Ты хочешь?
– Нет.
И вся раскрывается мне навстречу…

Она позвонила через неделю.
– Это было всё, чего ты хотел?
– Я ничего от тебя не хотел и не хочу.
Молчание. От него становится жутко. Лучше бы истерика.
– Спасибо.
Я хочу спросить, за что, но уже идут гудки.
Иногда я звоню ей и, услышав её голос, кладу трубку. Он сильная…

Случайно встретил её через два года. Всё тот же ребёнок: острые коленки, завитки на щеках, капризный рот… А рядом – её копия. Тонкие ручки с тоненькими пальчиками, круглые ушки, угловатые ключицы. Только большие глаза в пушистых ресницах не серые, как у неё, а карие, как у меня.
Она тогда сказала спасибо. А я не успел спросить, за что.
Поздно…

This entry was posted on Friday, May 5th, 2006 at 9:14 am and is filed under Что проку от хокку?. You can follow any responses to this entry through the RSS 2.0 feed. You can leave a response, or trackback from your own site.